- Я ещё ничего про ваш "Дом" не знаю. Был сигнал о заложнике, выехали. А что дальше - посмотрим. Звони.

В конце концов попросил зайти сам начальник ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области Виктор Комаров.

- Что это все так переполошились? - недоумевал Сергеев. - Минут через десять, хорошо?

Теряя терпение, он набрал на "мотороле" номер Гусарова.

- Ты где?

- Вхожу в здание, Борис Константинович.

Генерал поспешил из кабинета и направился по коридору к центральной лестнице, где столкнулся с бойцами СОБРа. Они вели восьмерых. Четверо - как с помойки. Один дюжий разукрашен был, как видно, медленно и с интересом. Люди в комбинезонах поставили приведенных лицом к стенке. Последними поднимались Гусаров и Симонов.

- Доброе утро, товарищ генерал!

- Здорово, Андрей Витальевич. Что за люди?

- Вот. - Гусаров нес в руках изъятые документы задержанных.

Сергеев взял одну красную книжечку, на обложке которой золотым тиснением красовалось: "Служба безопасности".

- Во как грозно! "Оказывать содействие...", - генерал развернул удостоверение. - А, да это же Батов! Я с ним служил в свое время... Пойдем к тебе, Андрей.

Начальник направился в триста одиннадцатый кабинет, открыл дверь, поздоровался с людьми и тут же вышел.

При Лаврентии Берии, когда строилось здание, в кабинетах на Литейном такой тесноты не предполагалось. Была возможность принимать посетителей, осведомителей, вести беседы с подозреваемыми, арестованными, свидетелями... Широкие окна и двери, шумоизоляция. Только трудись, оперативник, только думай и пиши, следователь... А сейчас Сергеев с неудовольствием проследил путь, которым можно пройти по кабинету к рабочему месту Гусарова. Помещение походило на склад столов и сейфов. Стол прямо, стол поперек, ещё стол, сейфы друг на друге, опять столы и стулья... У окна - гигантский телевизор.