— Вы, должно быть, мисс Винг. Мисс Хартвел говори­ла, что ждёт вас, — женщина протянула белую руку, которую Фредерика пожала с инстинктивным нежелани­ем. — Я миссис Клей, Кэтрин Саттон Клей, — второе имя она произнесла с явным удовольствием.

—  О, да, — ответила Фредерика. Итак, это дочь Саттонов, когда-то вышедшая замуж, а потом разведённая; именно это, должно быть, имел в виду Крис, говоря, что сейчас она не замужем! Вялая внешне рука оказалась неожиданно сильной. Вспомнив о манерах, Фредерика спросила: — Как поживаете?

— О, спасибо, не очень хорошо, — неожиданно отве­тила Кэтрин. — Я слишком давно уехала из Нью-Йорка, и на мне сказывается медленное разложение Южного Саттона. Не думаю, чтобы вы это уже почувствовали. Но ещё почувствуете... Фредерика не знала, что сказать, а женщина нетерпе­ливо пожала плечами.

—  Вам нужно поесть, если вы за этим пришли. В воскресенье здесь подают цыплят, но чем дольше ждёте, тем их меньше,   —   потом словно  про  себя женщина добавила: — Если дружок Джеймс вскоре не покажется, нам ещё достанется холодная ветчина,  — она села в кресло и махнула рукой в сторону столовой.

«Нельзя, чтобы мне все не нравились, — жалобно думала Фредерика, торопливо бормоча какую-то благо­дарность и направляясь к двери в конце гостиной. Оттуда слышался стук тарелок и ножей. — Но она мне не нравится, и, наверное, никогда не понравится».

Фредерике, с её натянутыми нервами, показалось, что столовая переполнена людьми. Она неуверенно остано­вилась у входа, и все как будто сразу уставились на неё. Но тут к ней с улыбкой подошла хозяйка и проводила в укромный уголок. Фредерика осмотрелась и, к своему удивлению, обнаружила, что на самом деле было занято очень немного столиков.