Через пятнадцать минут этой бешеной тряски мы выскочили на асфальт, и пытка для Артиста наконец прекратилась. Муха, не сбавляя скорость, по-прежнему гнал джип в неизвестность.

Наконец я заметил дорожный указатель и попросил его немного притормозить, чтобы толком разобрать, что на нем написано. Москва - 508 км, областной центр - 54 км, какая-то Салтыковка - 5 км.

- Мужики, кто-нибудь врубается, где мы находимся? - спросил Артист.

- Наша стоянка была километрах в двадцати отсюда, - ответил Док. - Но я не советовал бы нам туда сейчас ехать...

- Ты что, Док! А наши вещи, документы? - удивился Муха.

- Иван прав, - поддержал я Дока, - вряд ли нападавшие оставили наш лагерь в целости и сохранности. Сейчас нам надо избежать погони. А то, что машина приметная и любой глаз за нее зацепится, - сомнения нет. Ляжем на дно и постараемся выяснить, какие к нам конкретные претензии были у этих "духов" с бородами - возможно, тогда будет ясно, как дальше действовать.

- Может, в милицию заявим? - предложил Муха.

- Да? А они ментам скажут, что мы угнали их джип и уложили пятерых... - Боцман аж заерзал на месте от такой перспективы.

- Лучше всего, - спокойно сказал Док, - сейчас было бы бросить машину, поймать попутку и добраться до ближайшего большого населенного пункта, но...

- Но денег йок, - подхватил Артист, - морды в крови и неизвестно, как подобраться к тем бородачам...

Он явно уже пришел в себя: глаза блестели так лихорадочно весело, как бывает у него только в моменты повышенной опасности. Я всегда, глядя на него в такие минуты, с удовольствием вспоминал старую морскую формулу: корабль к походу и к бою готов...

- Ну так что решим? - нетерпеливо спросил Муха. - Вы как хотите, а я такую тачку на дороге не брошу. Вряд ли эти гады об угоне будут в милицию заявлять. Так чего же мы зря ноги-то бить станем? Найдем какую-нибудь деревушку, переночуем, а дальше будет видно...