- Для меня там чересчур жарко, - сказал гость.

- Когда я нахожусь среди этих древних построек, то испытываю такой подъем, что забываю о погоде. Можно взглянуть на ваши страницы?

- Да, разумеется. - Гость сунул руку в портфель из кожи аллигатора и достал большой желтый конверт.

Пошла последняя минута жизни профессора Милла, когда он взял конверт в руки, открыл его и вынул пять фотографий, на которых были изображены ряды иероглифов. Он сдвинул книги на край стола и разложил фотографии так, чтобы ряды иероглифов расположились вертикально.

- Все это части одного и того же текста?

- Понятия не имею, - сказал гость. - Мне лишь поручено доставить это вам.

- По-видимому, так оно и есть. - Профессор взял лупу и склонился над фотографиями, рассматривая детали иероглифов. Лоб его покрылся капельками пота. Он потряс головой. - Мне не следовало взбегать по этой лестнице.

- Простите? - спросил гость.

- Нет, ничего. Просто мысли вслух. Вам не кажется, что здесь жарко?

- Пожалуй, есть немного.

Профессор Милл снял пиджак и вернулся к изучению фотографий. Жить ему оставалось пятнадцать секунд.

- Ладно, оставьте их мне, и...

- Да?

- Я...

- Что с вами?

- Мне что-то нехорошо. Руки...

- Что руки?

- Онемели, - сказал профессор Милл. - У меня...

- Что?

- Лицо. Горит.

Профессор Милл вдруг начал судорожно ловить ртом воздух, схватился за грудь, замер на мгновение и, обмякнув, рухнул в свое скрипучее вращающееся кресло. Рот его открылся, голова свесилась вперед. Он вздрогнул и перестал двигаться.