— Нет, — ответила Джуди. — А почему я должна его знать?

— Он в Америке почти три года. Вы же сказали, что знаете Вашингтон.

— Я знаю кое-кого, кто живет в Вашингтоне, то есть, я хочу сказать, работает там. Я ездила туда на уик-энды и останавливалась у друзей. Но в посольских кругах не бываю.

— Ничего интересного вы там не найдете, — сказал Свердлов. Он отхлебнул кофе. — Одни и те же лица. Я бы запомнил вас, если бы встретил там. Что вы делаете в Организации Объединенных Наций? Или ваша работа — тайна, о которой я ничего не должен знать? — Его кривоватая усмешка как будто издевалась над ней, но дружелюбно. Он угадал ее мысли, и Джуди покраснела.

— Я секретарь, личный помощник. Мой босс — Сэм Нильсон из Международного секретариата. В том, что я делаю, нет ничего секретного.

— Я знаю его, — заметил Свердлов. — Канадец. Директор юридического отдела. Очень умный человек. Обычно умеет доказать, что одна из сторон виновата более другой.

— Он один из самых беспристрастных людей, каких я только знаю, — быстро возразила она, встав на защиту Нильсона.

— Думаете, возможно быть беспристрастным?

— Это абсолютно необходимое условие его работы. Сэм ни за что не встанет на чью-нибудь сторону.

— Вы очень верный помощник, — сказал Свердлов. Его глаза утратили стальной блеск, он подшучивал над ней. Теперь у него было по-настоящему хорошее настроение. — Хотите русскую сигарету?

— Нет, спасибо, — ответила она.

— Даю слово, она не отравлена, — сказал он. Его дружелюбный тон прозвучал для нее укоризной.

Она повела плечами:

— Если только, проснувшись, я не обнаружу, что я в Сибири...

Он перегнулся к ней и дал прикурить.

— Или пленник КГБ, — сказал он. — Если я сейчас уйду и оставлю вас в покое, обещаете за ленчем посидеть за моим столом?

— Ну... — Джуди колебалась. — Ну да, если вам так этого хочется...