- Это их дело, пускай ремонтируют, если это им доставляет удовольствие, добавь в салат немного сметаны.

- Угу. Ладно, ремонт это действительно их дело, но вот насчет мальчика я немного сомневаюсь.

- Вот ты какой, значит!

- Ты меня не так поняла, просто я не уверен, умею ли находить общий язык с детьми...

- Ему девятнадцать лет, скоро двадцать, ещё сметаны и посолить не забудь.

- Такой взрослый? - изумился Марк, опрокидывая в салат половину солонки. - У Божены такой здоровенный сын? Как же так?

- Он появился у неё ещё в школе.

- Что значит "появился"? Ты хочешь сказать, что она родила, будучи ученицей?

- Ой, только не будь ханжой! Любви, понимаешь ли, все возрасты покорны.

- Несомненно!

Доведя салат до совершенства, Марк прекратил его помешивать, и, будучи уверенным, что я ничего не вижу, он быстренько собрал со стола вывалившиеся огурцы, помидоры и бросил их обратно в чашку. Присыпав это преступление зеленью, он покосился в мою сторону, но я резала ветчину и упорно ничего не замечала - мне надо было поселить у нас сына Божены.

- Марк, у Божены замечательный мальчик, это я точно знаю...

- Я очень рад, но мне эта идея все равно не нравится.

- Он что, займет много места, что ли? - возмутилась я.

- Не в этом дело, но, видишь ли, постоянное присутствие в доме чужого человека, это тяжело. Его надо будет развлекать, чтобы не скучал, постоянно уделять ему внимание, а мне иногда нравится посидеть с банкой пива перед телевизором, и чтобы при этом меня никто не дергал по пустякам.

- Насчет "незнакомого человека", познакомишься, делов-то, а насчет "тишины и пустяков", насколько я помню Влада, он всегда был таким спокойным, молчаливым мальчиком, никогда никого не тиранил и всегда самостоятельно находил себе занятие. Марк! Я уже пообещала Божене! Она надеется на нас, я не могу теперь отказать, только потому, что занудливому Марку нравится таращиться в телевизор и толстеть от пива, вместо общения с людьми!