– Больница Св. Анны. Глендейл. Калифорния. В сорока милях от места аварии и в двадцати от Лос-Анджелеса.
– Психиатрическая?
– У вас травма черепа. Доктор Лопес предполагал, что с такой травмой неизбежна амнезия, он оказался прав. Правда, он ожидал худшего.
– Амнезия? Что это?
– Потеря памяти. В подобных случаях бывает и потеря речи, и полная деградация. Но, слава всевышнему, обошлось! У вас средняя стадия.
– Это излечимо?
– Вся надежда на ваш организм. Итак: один, два, три, четыре, пять… И в обратном порядке.
– Пять, четыре, три, два, один.
– Как вас зовут?
– Сэд Марчес.
– Прекрасно. До вечера. Он встал и быстро вышел.
2
Весь день я провел в мучениях. Мне не под силу переварить всю полученную информацию. Мое имя – абсолютно чужой для меня набор звуков. Такой же чужой, как имя медсестры. Я, конечно, ничего не имею против, оно мне нравится, жиль только, что принадлежит такому уроду. Я повторял его бесконечно, но оно ничего во мне не вызывало. Так я и заснул, шепча его.
Глайстер появился, когда свет за окном померк. В руках он держал несколько свернутых газет. Лицо врача было серьезным, над переносицей пролегла вертикальная морщина. Устроившись рядом, он молча развернул одну из них, надел очки без оправы, и его глаза сразу увеличились в два раза.
– Здесь напечатано о катастрофе? – спросил я в ожидании.
– Именно. Хорошо, что вы помните наш утренний разговор.
– Я только о нем и думаю.
– Напрасно. Мозг должен отдыхать. Расслабьтесь и слушайте, как слушают сказки дети.
– Мне это непонятно.
– Да. Вы временно лишены детства. Вы родились взрослым человеком и не имеете прошлого. Та часть мозга, где находятся ячейки с памятью, у вас нарушена. Но рано или поздно все восстановится. А пока надо потерпеть. Не торопитесь вернуть прошлое. Оно не всегда интересно. Многие с удовольствием бы избавились от него.