«Давай, давай»! — энергичным жестом поторопил он, а наконец-то понявший его Максим кивнул, тяжело вздохнул, проклиная самого себя за излишнюю подозрительность и, передав поступившую команду старшему тройки, действительно медленно (даже чересчур медленно) начал подъём наверх, в сторону столь заинтересовавшего его кустарника. Впрочем, вскоре его обогнал привыкший идти первым Ляпин, и Максим почувствовал себя несколько увереннее. Тем не менее, его взгляд настороженно метался по сторонам, а рука сама собой совершенно непроизвольно тянулась к предохранителю.

— Ну и? — поведя стволом из стороны в сторону, сердито спросил Ляпин, когда они, пробравшись через заросли лещины и тяжело дыша, выбрались на вершину хребта.

— Я ж сказал, показалось, — Мельников виновато отвёл взгляд.

— А показалось — то хоть что? — Григорий, присев, внимательно огляделся по сторонам, но ничего подозрительного на «горизонте» не было.

— Мелькнуло что-то, движение… — пробормотал бывший комендач, на что Ляпин только хмыкнул:

— Понятно, — впрочем, он вовсе не собирался читать мораль своему товарищу. — Ладно, пошли вниз.

— Может, кабан? — судя по всему, чувствовал себя Мельников неловко.

— Да ты не переживай! — Григорий беззаботно махнул рукой. — Лучше уж пару раз покажется, чем один раз прохлопать ушами и огрести по полной программе. Так что если ещё что заподозришь, не скромничай и говори. Понял?

— Угу, — уныло процедил новоиспечённый разведчик, которого, похоже, слова Григория вовсе не воодушевили.

— И дистанцию набери, — скомандовал Ляпин.

— Понял, — Максим замедлил шаг и, постепенно отставая от размашисто шагающего вниз Григория, поплёлся сзади. Затем встал и к чему-то прислушался. Но никаких подозрительных звуков слышно не было. Наконец, когда старший тройки уже почти полностью скрылся за зелёной стеной никак не желающего поддаваться осеннему настроению орешника, Мельников, бросив ещё один взгляд вдоль хребта, мотнул головой, словно стряхивая с себя внезапно нахлынувшее наваждение, и вновь поспешил вслед за удаляющимся сержантом.