— Мы не видели причин скрываться, — ответила Энжела, — я, конечно, специально не говорила дяде, но, очевидно, он все знал.

— Очевидно, — подтвердил я.

Миссис Драйден опустила голову и посмотрела на замотанную шарфиком руку. Уголки ее губ поползли вниз.

— Никак не пойму, почему, когда хулиганы из АИА ворвались в зал, а потом с помощью полиции стали заталкивать ваших друзей в автобус, вы ничего не сделали, чтобы их остановить, — сказал я. — Они вторглись в вашу усадьбу, прервали представление и избили ваших друзей и знакомых. У вас же было моральное и юридическое право прекратить это безобразие. Однако вы предпочли самоустраниться.

Она посмотрела на меня. В ее бирюзовых глазах стояли слезы.

— Я… я была в шоке, — сказала Энжела. — Эта… эта рука…

— Вы ее поранили?

— Боже мой, мистер Гэллам! — замотав головой, воскликнула она. — Мне нужна помощь. Мне должен кто-то помочь, а вы, похоже…

— Я попытаюсь, — пообещал я.

— Я… я сидела в зале и наблюдала за тем, что происходило на сцене, — продолжила она. — Все было так хорошо. И вот, сама не зная почему, я вдруг взглянула на свои руки. Я ничего не чувствовала, но поняла, что со мной творится что-то неладное. — Она посмотрела на меня. Глаза ее в этот момент были огромными, словно блюдца. — У меня… у меня на правой руке вырос шестой палец! — в отчаянии вскричала она.

От удивления у меня отвисла челюсть.

— Что выросло у вас? — переспросил я.

— Вы могли бы на него посмотреть?

Я кивнул. Во рту у меня пересохло.

Она медленно развернула шифоновый шарфик, которым была перемотана ее правая кисть, и протянула мне руку.

— Это так ужасно! — дрожащим от страха голосом произнесла она.

Я с трудом оторвал взгляд от ее лица и опустил глаза. У девушки была изящная ладонь с длинными пальцами, на ногтях — маникюр. Я пересчитал пальцы. Их оказалось ровно пять, и ни на один больше.

Она быстро прикрыла руку шарфиком и заплакала.