
Только тогда в умах полицейских чинов забрезжили первые, еще нечеткие ассоциации. Датскую полицию залихорадило.
Дело в том, что Интерпол подготавливал большую и сложную операцию по ликвидации мафии, захватившей в свои руки игорные дома. Планировалось нанести удар одновременно в нескольких странах. Полиция надеялась схватить всех главарей мафии и завладеть ее капиталами. Налет полиции на притон на улице Нильса Юэля был совершен в рамках акции. Налет оказался удачным, игроков застали на месте преступления, даже обнаружили свежий труп. Притон прикрыли, порок был наказан. Получается, что она, то есть полиция, должна знать обо мне больше всех, раз я была в том притоне. И что же? Ничего не знает. Меня в притоне не оказалось. И что самое неприятное, эта операция – налет – подтвердила подозрение, что шайка, а точнее, мощный международный синдикат преступников имел своих людей во всех полициях всех стран, где действовали отделения синдиката. Слабое, конечно, утешение. Тем более что все акулы и другая крупная рыба преступного мира ускользнули, а труп не мог дать никаких показаний. Некоторые из задержанных полицией мелких рыбешек и просто игроки показали, что видели меня в притоне, что я делала ставки, а потом поднялась жуткая суматоха, и куда я делась – не знают.
Итак, я исчезла, как камень, брошенный в воду. Мой след был затерян.
Я сама, разумеется, прекрасно знала, где я нахожусь и что со мной происходит, только у меня не было никакой возможности сообщить о себе. Происходило же со мной вот что.
В ту пятницу – перед роковым воскресеньем – мне наконец удалось купить прекрасный и очень дорогой географический атлас мира, о котором я давно мечтала. Купила и из‑за своей дурацкой рассеянности забыла его на работе. Кроме того, я оставила там на вешалке в авоське польско‑английский словарь и наполовину связанный шарф из белого акрила. Дело в том, что в прошлый четверг мы договорились с Анитой встретиться, но она не могла, мы перенесли встречу на вторник, мне не хотелось все таскать домой и обратно, и я оставила сетку на работе.
