- Благодарю вас. Но я уверен, что успею добраться до Москвы засветло.

Она пожала плечами и вернула ему документы.

- Спасибо, - по-русски сказал Фишер и сунул бумаги в сумку. - До свидания.

- Счастливого пути, - отозвалась она и добавила: - Будьте осторожны, мистер Фишер.

Грегори вышел на улицу. Его синий "понтиак Транс Ам" окружила толпа любопытных.

- Извините меня, ребята... - по-русски сказал он, протискиваясь к машине, завел двигатель и медленно тронулся среди расступающихся людей.

- До свидания, смоленцы, - приветливо помахал им рукой.

Сверяясь с картой, Фишер миновал центр города. Через десять минут он снова оказался на автостраде Минск - Москва.

День был ветреный и пасмурный. Чем дальше Фишер продвигался на восток, тем холоднее становилась осень. По обеим сторонам автострады открывался унылый ландшафт.

За время своего монотонного и нескончаемого пути Грег Фишер думал о многом. Все эти формальности и процедуры раздражали и настораживали его. Но все же советские граждане, с которыми Фишеру приходилось встречаться, дружелюбно относились к нему. Он послал домой родителям такую открытку:

"По иронии судьбы это - одно из последних мест, где все еще любят американцев". Русские тоже нравились Грегу. И то, что на его машину все обращали внимание, доставляло ему удовольствие. Иногда из-за нее буквально останавливалось дорожное движение.

Его "Транс Ам" с литыми алюминиевыми дисками и светлой задней подвеской казался воплощением "сильной американской машины". Грег отметил, что еще ни разу не встретил ничего подобного по дороге в Москву.

Аромат фруктов и овощей, подаренных ему жителями тех небольших сел и деревень, где он останавливался, заполнял салон машины. В ответ он дарил им фломастеры, американские календарики, одноразовые бритвы и другие "роскошные безделушки", которые ему посоветовали захватить с собой. Грег Фишер превосходно себя чувствовал в роли посла доброй воли.