Миша выкатил глаза и открыл рот.

Холлис поднялся из подземного перехода и вернулся на мост. Он прошел его пешком, чувствуя на себе внимательные взгляды других "предпринимателей". Капитализм, как секс, - это нечто гормональное, он сидит в крови, размышлял полковник; он существовал на Москворецком мосту; он присутствовал у каждого отеля и на каждом рынке, по всей Москве; он сохранился в виде крошечных отдельных очагов, которые в один прекрасный день могли прорваться как нарыв и разрушить целое государство. Как большевизм в царской России, так и капитализм сейчас стал новой разрушительной идеологией.

Полковник шел по Ордынке и обдумывал маршрут, который позволил бы ему добраться в посольство живым.

Глава 6

До ворот посольства Холлису оставалось не более ста метров. Он уже видел будку с милиционером, через минуту он должен дойти до поста морской пехоты. Над стеной развевался звездно-полосатый флаг.

Полковник услышал, что сзади подъехала машина и остановилась. Холлис не оборачивался, но кожей почувствовал, что это они.

Хлопнула дверца автомобиля, и за спиной послышались шаги. "Теперь нельзя им позволить застать себя врасплох". Холлис резко повернулся к ним лицом. К нему приближались двое мужчин в кожаных плащах и в шляпах с узкими полями. Он называл это "вечерней одеждой" КГБ. Полковник узнал в них наблюдателей, следовавших за ним сегодня днем. Низенького и толстого Холлис называл Борисом. Второго, который был выше ростом и лучше сложен, Игорем.

Холлис остановился, держа руки в карманах, его правая рука лежала на рукоятке ножа.

- Отдай нам бумажник и часы, иначе сделаем из тебя котлету, - сказал по-английски Борис.

- Что, Комитет так плохо платит? - отозвался Холлис.

- Ты, ублюдок, кто тебе это сказал? Гони сюда свой бумажник!

- Идите в задницу, - огрызнулся Холлис, повернулся и пошел по направлению к посольству. Но они догнали его.

- Куда спешишь? Мы хотим поговорить с тобой, - сказал Игорь.