И по воскресеньям, если мы с бабушкой шли в церковь, то иногда вместе со священниками и паствой подходили к воротам советской миссии и молились. На Пасху крестный ход со свечами всегда проходил мимо советских владений. Сегодня мы назвали бы это демонстрацией. Тогда же мы называли это "нести свет антихристу". Так что, как видите, Сэм, Эвелина Питятова оказала сильное и устойчивое влияние на меня. Она умерла, когда я закончила колледж. Я поступила в вирджинский университет и получила диплом специалиста по Советскому Союзу. Сдала вступительный экзамен на дипломатическую службу, затем прошла устное собеседование, проверку моего прошлого. Меня проверяли на доступ к особо секретной информации. Я метила на высокую должность в Информационной службе Соединенных Штатов, однако пришлось целый год ждать назначения. Я проработала этот год в консульском совете в Медане, в Индонезии. Там, в захудалом двухэтажном домике, нас оказалось всего шестеро, и я не могла постичь, как мы будем представлять там интересы Америки. В основном мы пили пиво и играли в карты. Там я чуть не рехнулась. Потом наконец получила настоящую работу в Информационной службе Соединенных Штатов в американской библиотеке в Мадрасе, в Индии, и провела там два года. Затем вернулась в Вашингтон для специального обучения работе в личном составе Информационной службы в дипкорпусе. На это ушел целый год. Потом два года в восточном Берлине, где, наконец, я использовала свое знание русского. Это была хорошая дипломатическая миссия - волнующая, загадочная... повсюду шпионы, и всего десять минут езды на машине до Запада. После Берлина я наконец попала туда, куда хотела, - в Москву. И вот я здесь. С еще одним шпионом.

- Вам нравятся шпионы?

- Я ярая поклонница шпионов, - пошутила Лиза. - Холлис улыбнулся, а она продолжала: - Никогда не была замужем или обручена. В следующем месяце мне исполняется двадцать девять.