Холлису пришлось взять с собою непрофессионала, который, возможно, не вполне осознает ситуацию. А с точки зрения их ремесла, женщина, не разбирающаяся в делах разведки, была превосходным прикрытием. И Айлеви понял это. Если бы за пропусками обратились они с Сэзом, то кагэбэшники наверняка вызвали бы целую дивизию, чтобы следить за ними.

Холлис думал также, как Айлеви. Чем же еще логически объяснить то, что он попросил Лизу Родз отправиться с ним туда, откуда она могла не вернуться живой? И он сказал:

- Простите меня, Лиза.

- За что?

- Что я говорю как Сэз.

- Друг мой, это опасно.

Он промолчал, Лиза посмотрела в окно и задумчиво проговорила:

- Если Грег Фишер ехал из Смоленска и Бородина, то он двигался по этой дороге.

- Да.

- Он ехал прямо в посольство.

- Знаю.

Они пересекли МКАД.

- Раньше тут был лозунг: "Вперед к коммунизму!" Но, по-моему, власти все же поняли, что он может вызвать неудачные ассоциации, если находится на дороге, ведущей по кругу.

- А из вас бы вышел неплохой гид, - улыбнулся Холлис. - Я поговорю в "Интуристе", чтобы для вас подыскали работенку на выходные. - Он вытащил из кармана листок тонкой сероватой бумаги и протянул ей. - Ваш пропуск.

Она взглянула на красные буквы и мидовскую печать и сунула пропуск в сумочку, заметив при этом:

- Он действителен только до полуночи.

- До этого времени мы успеем съездить туда и вернуться.

- А я думала, что мы остановимся на ночь за городом.

Холлис ответил не сразу:

- У меня нет с собой зубной щетки.

Лиза улыбнулась и переключила свое внимание на разглядывание окрестностей. Они проехали небольшую деревню, которая, казалось, застыла в открытом поле. Кривые заборы отделяли садовые участки друг от друга. Грязные тропинки связывали обветшалые жилища с надворными постройками. Крыши домиков были покрыты металлическими рифлеными листами, и Лиза представила, как сильный дождь, бьющий по ним, сводит обитателей домиков с ума. Также она подумала о том, каким образом жители этих домов поддерживали тепло в морозные зимы.