– Хорошо, – ответил Горидов и, подумав, добавил: – Как будет готов, вези его прямиком в Юбилейный. Понял?

Под утро избитого до полусмерти строителя выгрузили из джипа. Тарзан и Лева подтащили его к дереву и сорвали одежду, оставив в чем мать родила. Собрав тряпье в пластиковый пакет, Гуру забросил его в машину. Тем временем, привязав проволокой бесчувственное тело к старой сосне, Тарзан и Лева облили его из канистры бензином. Гуру тем временем раскидал вокруг места экзекуции одежду, которую ему передал Белый.

– Послушай, – неожиданно спохватился Тарзан, взяв Левандовского за руку, – а ведь если его сейчас поджечь и уехать, пожар начнется. Шмотки вместе с документами сгорят.

– Точно! – чертыхнулся тот. – Как сразу не доперли.

– Ничего, – ободряюще усмехнулся Гуру, – на ошибках учатся. Отвязывайте его. По дороге сюда справа то ли ферма разрушенная, то ли какая-то птицефабрика...

– А как ты думаешь его, облитого бензином, в машине везти? – засомневался Левандовский.

– Тут лесом триста метров будет, не больше, – уверенно заявил Гуру. – На руках перетащите...

Антон Филиппов просматривал документы, собранные его сотрудниками на одну из компаний города, подавшую заявку на кредит, когда в его кабинет вошел управляющий банком Елагин. Это был высокий и худой мужчина с болезненным лицом. Вид Бориса Альбертовича был взволнованным. Отложив бумаги в сторону, Антон настороженно посмотрел ему в глаза:

– Что-нибудь случилось?

Ничего не говоря, Елагин прошел к столу и, плеснув в стакан минеральной воды, залпом выпил. Затем сел на стул напротив Антона и вытер со лба платком пот.

– Мне только что позвонила Марина и сказала, что снова заметила эту машину.

Антон все понял. Неделю назад какой-то парень предложил дочери управляющего доехать с ним до дома. Девушка училась на втором курсе медицинской академии и предпочитала добираться на автобусе.