Харолд чувствовал, что теряет контроль над собой. Банки данных не пострадали.

– Я вам не верю, – только и смог он выговорить. Цирцея пожала плечами:

– Для меня это не имеет значения. Я только хочу, чтобы вы не думали об этом. В любом случае, проекту, над которым вы работаете, не нанесено ни малейшего вреда. Да мы и не пытались. Ваша система кодов слишком сложна. Именно поэтому мы и поняли, что вы тот человек, который нам нужен.

– Но сообщение?

Женщина подняла бровь:

– Подумайте об этом, доктор Смит, подумайте о телефоне.

Харолд даже рот открыл от удивления:

– Телефоны не работали.

– Полная взаимосвязь. Аварийный генератор вырабатывает энергию, и, если что-нибудь случится, оборудование санатория все равно будет работать. Телефон и компьютер, конечно, связаны.

– Но ваши приказания на экране?

– Специальное проникновение в телефонную систему. Временное. Сейчас там все в порядке.

– А инструкции по телефону?

– Мы создали линию для одного разговора. И после этого сразу уничтожили ее.

Смит долго и внимательно смотрел на Цирцею:

– Вы накличете много бед и неприятностей на свою голову.

Цирцея ни слова не произнесла, до того как самолет приземлился на маленькой площадке на острове. Тропические растения и экзотические деревья беспорядочно росли вдоль взлетно-посадочной полосы. Но в атмосфере этого странного места чувствовалось что-то угнетающее. Воздух был тяжелый и влажный. Высоко над головой облако закрыло маленькое, далекое солнце, заставив Смита почувствовать себя загнанным в угол.

Цирцея выключила двигатель и попросила Смита покинуть самолет, Харолд поднялся, и в это время женщина опустила руку на его кейс.

– Вы не имеете никакого права отбирать мои вещи.