Скорость становилась критической. Встречный ветер сдирал кожу с подмороженных щек, высекал из глаз искры слез, леденил нутро. Снизу на Бондаря летел густой ельник, продраться сквозь который нечего было и мечтать. Приняв левее, он едва не вскрикнул от неожиданности.

Вот те раз! Прямо по курсу тянулась непреодолимая ограда из металлической сетки. Ниже пролегало расчищенное от заносов шоссе, окаймленное высокими снежными валами. По нему двигалась колонна автофургонов со включенными фарами. Можно было даже разглядеть красочные эмблемы на их бортах, но Бондарю было не до этого. Он сконцентрировался на поисках выхода из ловушки, в которую угодил.

Заметив протоптанную людьми тропу, он заскользил параллельным курсом, и интуиция его не подвела. Следы вели к бреши, зияющей в металлической сетке. Призванная сокращать путь тем, кто таскал стройматериалы с территории горнолыжной базы, дыра стремительно приближалась. Диаметром около полутора метров, с неровными краями, она казалась отверстием гигантского пылесоса. Или втянет, или расшибет к чертовой матери!

«Не проскочить», – посетовал присевший на корточки Бондарь, но глаза не зажмурил. Стоило хоть чуточку качнуться или отклониться от курса, и его, сжавшегося в комок, ударит о сетку, как теннисный мяч. На такой скорости это было все равно что налететь на встречную машину.

У-ух! Дыра всосала Бондаря и выплюнула по другую сторону ограды. Он не увидел, как двое преследователей в точности повторили его маневр, а последний, зацепившийся курткой за проволочную бахрому, покатился дальше уже не на лыжах, а кубарем, ёкая селезенкой при каждом ударе о землю.

Бондарь не оглянулся. Направив лыжи на высокий бруствер, созданный снегоочистителем, он на всякий случай мысленно попрощался с жизнью.