— Дочка, как же я рад тебя видеть, — произнес Виктор Викторович, не слушая заливистые речи жены.

Алла, закусив губу, с ненавистью посмотрела на падчерицу. Вся работа насмарку. Стоило Виктору увидеть дочку, как он забыл обо всем. Ну ничего, она постарается убедить мужа, что девчонке нужно как можно быстрее вернуться в Москву и готовиться к новому учебному году.

— Папа! — Таня бросилась к отцу и повисла у него на шее. Она так мечтала об этой встрече. — Как же мне тебя не хватало, папа!

— Я знаю, дочка, — он нежно поцеловал Таню. — Ну, как дела, все в порядке? Ладите с Аллочкой?

Таня на секунду задумалась — стоит ли рассказывать отцу, что с Аллой они иногда не разговаривают неделями, сталкиваются только в прихожей и на кухне, что Алла пропадает вечерами, возвращается поздно, что разговаривает с непонятными мужчинами и тратит деньги направо и налево, приобретая чуть ли не каждый день новую вещь, которую, надев единственный раз, отбрасывает прочь.

Но зачем отцу все это знать? Он ведь счастлив с Аллой, хотя она явно не его тип. Пусть сами разбираются. Отец ей не поверит, Алла обладает изумительным даром все извратить и представить в выгодном ей свете.

Виновной окажется Таня. В любом случае отцу нельзя разводиться, на его вторую женитьбу и так смотрели косо, хотя первая супруга умерла много лет назад. Его новая жена оказалась почти на двадцать пять лет моложе — и это советский дипломат! Возможно, именно поэтому Полесский, весьма способный дипломат, получил ранг посла в крошечном Бертране.

— Конечно, папочка, — ответила Таня и поцеловала отца. — Мы с Аллой лучшие подружки.

— Вот и хорошо, — вздохнул Виктор Викторович. — Мне так нужно, чтобы в семье царил мир. Но ты молодец, дочка, я тобой горжусь.