– Чтоб ты сдох, сдох, сдох!!! – с ненавистью неслось ему вдогонку.

В квартиру деловито зашли худощавый доктор в очках и два дюжих санитара. Сразу после их появления «родная, единственная» сменила пластинку и, вместо ругани и проклятий, принялась молить о пощаде. Связанное тело содрогалось в ужасающем ознобе.

– Алкогольный делирий [1] , а может, алкогольный параноид [2] , – бегло осмотрев больную и выслушав лаконичный рассказ майора, констатировал врач. – Более вероятен второй вариант. «Белочка» редко возникает на пике пьянства, да и симптомы… Ладно, в клинике окончательно разберемся. Но, так или иначе, случай тяжелый. Требует серьезного стационарного лечения. Вы согласны?

Сибирцев мрачно кивнул.

– Тогда распишитесь для начала вот здесь, – протянув Константину какую-то бумагу, он сделал знак санитарам. Бугаи сноровисто замотали несущую всякий бред женщину в пластиковое покрывало, пристегнули ремнями к носилкам и вынесли из квартиры. Вскоре, оформив необходимую документацию, ушел и доктор. Оставшись в одиночестве, майор хотел было немного прибрать в комнате, но потом махнул рукой, уселся обратно в кресло и уставился в пустоту невидящими глазами.

ГЛАВА 1

Майор ФСБ

Корсаков Дмитрий Олегович.

30 лет, русский,

беспартийный, неженатый

5 июня 2006 г. Н-ская область.

17 час. 45 мин.

– Фьють-фьють-фьють, – пули срезали ветки дерева метрах в трех над нашими головами.

– Фьють-фьють, – еще две впились в ствол старой березы неподалеку.

– До фига у них патронов. Не жалея, расходуют, – заметил замаскировавшийся слева от меня капитан Горошко.

Лежащий справа майор Сибирцев поднес к глазам бинокль.

– И чего мы ждем? – спустя десять секунд хмуро спросил он. – У нас уже двое раненых. Один – тяжелый.