ссыпать их посреди океана. Но даже сидя на этом острове изреченных истин, люди все

равно будут задавать себе и другим еще много вопросов:

Во что мы начинаем верить, когда перестаем верить, что умеем летать?

Как из смелых и мудрых детей получаются нудные взрослые с кучей комплексов?

Откуда берется любовь, и что с нею делать потом?

Почему люди бывают жадными?

Почему помнят одно и забывают другое?

Можно ли сгонять в прошлое и невредимым вернуться обратно?

Что случается, когда мы умираем?

Как устроен мир?

Интересно, что с возрастом, интересующие нас вопросы по сути не меняются, но задаются

уже с легким налетом отчаяния и сильной примесью недоверия к себе и миру вообще. А к

старости тон вопрошающего снова приобретает детскую наивность, игнорируя сам факт

существования мудрости и зрелости. Ну ее, эту осознанность — сладостное старческое

забытье куда приятнее. И так по кругу. Какие спирали развития?! Выдумки

эксцентричных философов, да и только…

Но ваш покорный слуга исповедует другую религию. Я верю, что мы все же отличаемся

от цирковых лошадей, и выход есть, куда бы он ни вел. Поэтому будем считать, что наш

путь состоит не из шагов, а из ступенек, которых у каждого свое неисчислимое

множество, а в этой книге — всего тринадцать. Здесь число тринадцать не имеет ничего

общего с черными кошками и разбитыми зеркалами, оно — символ прорыва из

замкнутого круга двенадцати детских лет, дважды двенадцати часовых суток, двенадцати

месяцев календаря. Двенадцать ступенек обычной жизни, и тринадцатая — волшебная, новая!

Для удобства восприятия материала глав тоже тринадцать. Каждая — независимый

фрагмент, но главы выстроены по темам так, что начало посвящено детству, и присущим