Там стоял Стаковски, слегка помятый и довольно усталый, но в остальном столь же вкрадчивый, как и на фотографии. Несколько длинноватые, под стать актеру, музыканту или студенту колледжа волосы, которые сделали бы из женщины пепельную блондинку, пухлое лицо со щеками, которые на фотографии казались почти розовыми, но теперь просто горели от возбуждения, посеревшие и пересохшие губы, очки в тонкой золотой оправе, придающие лицу несколько преувеличенный вид смущенной невинности, узкие плечи под мятым, некогда дорогим пиджаком, плащ цвета хаки, аккуратно переброшенный через левую руку, узел галстука, почти скрывающий двойной подбородок.

Тем не менее, пароль никто не отменял. Если, конечно, он был известен Стаковски.

- Простите за беспокойство, не могли бы вы разменять мне мелочью банкноту? Хочу купить сигарет.

- Боюсь, у меня почти не осталось албанских денег. Подождите. - Алиярд принялся рыться в карманах. - Может быть, что-нибудь и найдется.

- Вы спасете мне жизнь.

Томас Алиярд достал из кармана левую руку и переложил в нее трубку. Потом открыл до конца дверь, и Стаковски буквально ввалился внутрь.

- Слава Богу, - хрипло прошептал Стаковски. - У меня не было вашей фотографии.

- Садитесь, - сказал Алиярд, подводя мужчину к полке. Сам он опустился на край стоящего напротив стула и мгновение пристально рассматривал Стаковски.

Тот выглядел совершенно разбитым.

- Подождите... - Алиярд встал, достал свою сумку и, сжимая трубку в зубах, принялся рыться в ней. Наконец он извлек видавшую виды металлическую флягу и открутил крышку. - Держите. Хлебните-ка этого. - Стаковски неуверенно замялся. - Не беспокойтесь. Я не заразный. Надеюсь, что и вы тоже. - Стаковски кивнул и взял в руки флягу. - Похоже, вам пришлось не сладко. - Стаковски сделал глоток, закашлялся, вытер рот рукавом и протянул флягу назад. Алиярд протер горлышко и тоже отпил из нее. - Принесли?

- Да.