- Яшма? - спросил я.

Она ждала, что я скажу еще; я ждал, что она даст мне повод притвориться, что я знаю, чего ждет она (в тюрьме моим любимым автором был Генри Джеймс, я не шучу).

- Яшма,- подтвердила она.

- Яшма…- я снова придал слову тот оттенок двусмысленности, который она пыталась отбросить.

- …Яшма,- но она уже заколебалась, подозревая, что я подозреваю, что ее осведомленность - из мутноватого источника.

- Ладно, яшма.- Но по ее лицу я понял, что выражение моего лица окончательно убедило ее: я знаю, что она знает, что я знаю.

- Так за кого вы меня приняли, мадам? "Яшма" была Словом этого месяца.

Яшма - это пароль, код, знак, который Певцы Городов (в прошлом месяце божественное безумие пело в них "Опал", и на Марсе я услышал Слово и трижды воспользовался им, им и даром имитатора, чтобы закрепить обладание тем, что было моим не вполне законно; и даже там я думал о Певцах и их ранах) передают живым словом, передают тому свободному и вороватому братству, в которое я (под различными именами) вхожу последние девять лет. Слово обновляется каждые тридцать дней, и в считанные часы его узнаёт каждый брат во всех шести мирах и мирках. Его промычит какой-нибудь вдрызг пьяный ублюдок, выпадая тебе в руки из темного подъезда; его произнесут свистящим шепотом, когда ты проходишь тенистой аллеей; оно нацарапано каракулями на клочке бумаги, что втиснет тебе в руку один из помоечных, слишком поспешно теряющийся в толпе. И в этом месяце оно - Яшма.

Вот некоторые варианты перевода:

"Помоги!" или

"Мне нужна помощь!" или

"Могу помочь!" или

"За тобой следят!" или

"Сейчас слежки нет - ходу!"