К нему добавился избыток гарантий в невыгодной форме. Государственность предлагает гражданину страховку закрытым списком, снимая с себя ответственность за цену при переменах мировой конъюнктуры. Тарифы растут, гарантии дешевеют, но власть не несет за это ответственности… пока держатель гарантий не возмутится. Тут губернатор вызывает ретейлера, бьет кулаком по столу – «фиксируй тарифы, сукин сын, – у меня выборы!»

Потребность в безопасности удовлетворена. Борьба с неопределенностью завершилась ГОСУДАРСТВЕННОСТЬЮ, которая ее исключает…

Гарантии есть, но ты прикреплен к гарантиям и не можешь их обменять или продать. Они неликвидны.

Страховщик в КАЗИНО

Государственность, страховщик всех интересов, включая собственные, опьянена и теряет контроль над ситуацией. Угрозы застрахованы – и власть ослепла, полагая реальным лишь то, от чего страховала. Фактически же она не готова ни к какой новой угрозе. Отсюда иллюзия, что все и дальше будет, как было до сих пор.

Обратная мысль слишком страшна, чтоб ее допустить. Переброска денег со статьи на статью бюджета, уводя от края, питает веру, будто «мы следуем в мировом мейнстриме» ©. Риски игнорируют – даже многомиллиардную аферу Банка Москвы, ударившую по всей РФ.

Преобразуема ли Государственность – в государство? Медведев подозревает страну в «азиатчине», но мы слишком инновативны. Здесь нет института, о котором можно сказать – так было всегда! И не случайно спорное утверждение президента, что государству Россия – двадцать лет. Государственность это процесс, а не институт – мы вправе обратить любой свой элемент власти в любой другой. Ничто не несет легитимности вечного, ничто традицией не освящено. При всех клятвах верности Конституции туда непрерывно вписывают поправки. Их вносит некто «тандем» – которого в Конституции нет.



24 из 96