Беккер кивнул и вместе с Ловеллом пошел за Винем по тропе. До того, как ночная тьма укрыла отряд, любимый шведский "кэй" Виня еще пять раз издавал приглушенные звуки, похожие на покашливания. Ни одна живая душа, которая на свою беду повстречала диверсионный отряд, не смогла бы донести об этом своим властям. При дневном свете они прошли двенадцать миль и также не были обнаружены. Беккер благодарил Господа, что у северовьетнамцев нет авиационной поддержки, хотя и понимал, насколько яростно их части и остатки Вьет-Конга будут искать его диверсионный отряд вдоль всей камбоджийской границы. Беккер улыбнулся сам себе. Если им удастся подобраться к границе ближе, чем на милю, то они станут для отрядов АСВ практически недосягаемыми.

Когда сумерки сгустились до темноты, Беккер взглянул вверх на чернильное камбоджийское небо. Вьетконговская луна, подумал он. Правда, сейчас это луна Би-57. От тонкого желтого полумесяца исходил лишь очень слабый серебристый свет. Его вполне достаточно, чтобы различать дорогу, но крайне мало для постороннего наблюдателя. Не выпуская из рук компас со светящейся шкалой и учитывая каждый шаг, Беккер отслеживал местоположение отряда и видел, как с каждым часом они все больше приближаются к границе. Не сбиться с курса ему помогал и постоянно раздающийся слева шум движущихся по дороге бычьих повозок. Он переместился ближе к Виню, в голову отряда, а остальные боевики бесшумно следовали за ними гуськом. Если они не успеют перебраться через границу до рассвета, то уже не сделают этого никогда.

В три часа ночи Беккер приказал остановиться. Он рассчитал, что они находятся ровно в трех милях от границы. Рота боевиков подразделения Би-57 из ближайшего лагеря спецназовцев, возглавляемая майором Кэртином, будет прикрывать их отход с территории комми. Через некоторое время отряд возобновил движение, соблюдая еще большую осторожность.