На плоском лице Трока не отразилось никаких эмоций, и он ничего не ответил.

Теперь все в опасности. Все подразделение Би-57, все ПОБы. План всей операции теперь в руках АСВ и никак нельзя сообщить об этом майору Кэртину, или майору Беккеру, или полковнику Стюарту. Отряды снова и снова будут отправляться на верную смерть, и все ПОБы будут разгромлены...

Вдруг ужасный, жгучий удар ножом в живот заглушил ноющую боль простреленных руки и плеча. Все помутилось вокруг и голова капитана Морза безвольно повисла, а глаза закатились от нестерпимой боли. Новый приступ адской боли заставил молодого американского капитана открыть глаза, и он увидел, как из вспоротого живота вываливаются его собственные внутренности. Стоны американца заглушались злорадными воплями его юного палача в черной вьетконговской пижаме, с явным удовольствием копавшегося во внутренностях своей жертвы. Окровавленная камуфляжная форма капитана Морза, разрезанная и сорванная, валялась рядом, и сейчас он стоял у столба нагишом. Юный палач зажал в своих окровавленных руках кишки американца и, волоча их за собой и пританцовывая от восторга, бросился к своим соратникам, среди которых находился и Трок. С перекошенным от мук лицом, капитан помутневшим взглядом неотрывно смотрел на Трока, который держался как ни в чем не бывало. Еще один, одетый в черную пижаму вьетконговец, не спеша приблизился к американцу, взял его за запястье и со спокойным лицом отрезал ему сперва кисть одной руки, а затем и другой. Капитан Морз оторвал свой взгляд от Трока и поднял к небу глаза с мольбой поскорее послать ему смерть. Отчаянные вопли молодого американца палачи прервали, заткнув ему рот его отрезанными половыми органами...

I

Штаб пятой группы десантно-диверсионных войск специального назначения в Ньятранге на побережье Южно-Китайского моря в двухсотпятидесяти милях к северу от Сайгона представлял собой огромный комплекс зданий и складских помещений, протянувшихся вдоль направленной с востока на запад взлетно-посадочной полосы аэродрома.