Шнурки струились сквозь мои пальцы нежно, словно витые из тончайших шелковых нитей, петельки для них, похоже, имели крохотные, чуть ли не микроскопические штырьки или спицы, которые поворачивались, когда я сгибал образец, создавая тот же эффект, что на трехмерных открытках, — изображение меняется, когда смотришь с разных ракурсов.

Но не эти замечательные сами по себе мелочи делали туфли невероятными, нет, главным тут было общее впечатление. Они прямо-таки соблазняли меня надеть их, суля незабываемые впечатления, обещая, что, стоит мне надеть их, и я полечу. И поэтому мне просто необходимо купить их, прямо сейчас!

Последний раз я испытывал подобное ощущение, когда мне было десять лет.

— Так вот что Мэнди хотела, чтобы мы увидели.

— Без шуток, — сказал я. — Должно быть, клиент держит это изделие в строжайшей тайне.

— Клиент? Посмотри сюда, Хантер.

Она указала на пластиковый кружок, вставленный в язычок, где горделиво белел логотип клиента, и теперь, когда после временного ослепления мозги встали на место, до меня дошло то, что Джен поняла сразу.

Логотип, один из самых известных в мире, знакомый каждому белый флаг с золотыми дугами, был перечеркнут по диагонали ярко-красной линией.

Вроде перечеркнутой сигареты «Не курить». Как на всех запрещающих знаках. Зловещая красная черта — символ запрета, также известный во всем мире.

Это был антилоготип. Антибренд.

— Пиратская модель, — пробормотал я. — Подпольное производство.

Надо сказать, это еще одна отличительная особенность теневой жизни Чайна-тауна. В рядах маленьких, неприметных лавок на Кэнел-стрит можно купить наручные часы и джинсы, бумажники и пояса с присобаченными вручную лейблами прославленных дизайнеров. Сплошь дешевка и подделка, но качество разное. В основном смехотворно топорная работа, частенько попадаются и сносные вещицы, а иногда, чтобы распознать предательский стежок, требуется такой наметанный глаз, как у Хиллари Дефис.