Когда вошли Шеварнадзе, Добрынин, Брутенц и я в кабинет в Кремле за 5 мин до Арафата, М.С. выглядел усталым... Ругательно и в шутку всем: уволить бы вас..., ноги ведь протяну, сил уже никаких нет. Никакого желания встречаться с этим вашим Арафатом... И толк какой?.. Только один Анатолий (показывает на меня) сопротивлялся до конца. А вы все настояли. (Я, действительно, сопротивлялся, даже крупно поговорил дважды с Э.А., сорвал исполнение постановления ПБ о его приеме, уговорил М.С. временно его не исполнять. Но Э.А., видно, заангажировался и ... разные весовые категории - М.С. в конце концов согласился).

Беседа, действительно, ничего практически не дала. И не нужен он нам. А Арафат празднует. Напыжился еще больше.

Единственный, пожалуй, толк, что он услышал из уст М.С. - ни в коем случае не допустить, чтобы «палестинское восстание» взялось за оружие, тогда - гибель всему.

24 апреля 88 г.

Самое главное - три встречи М.С. с первыми секретарями обкомов и ЦК республик, всего - 150 человек. Я записал все подробно. Он проверял на них идею: «Вся власть Советам!»... и подводил к тому, что первый секретарь должен быть и председателем президиума любого Совета, но избранный уже народом. Если не изберут - уходи. И так до самого верха: он мне еще в Пицунде сказал, что идея состоит в том, чтобы он стал «президентом-Генсеком». И это правильно. Это - главная гарантия перестройки, пока он жив. Но он хочет за это время - через XIX партконференцию - создать избирательные и прочие гарантии против диктатуры... не только лица, но и партии.

Главной же темой и в тексте и в подтексте этих собраний была статья Нины Андреевой. Первые две группы (они шли с разрывом в три дня) были предупреждены Разумовским о чем пойдет речь. Поэтому со второго выступления Пуго (Рига) пошло: как это могло случиться, что такое напечатал орган ЦК («Советская Россия»)! и т.д. И почему поступило указание перепечатать ее в областных газетах...