Понятно, почему последнее время соседи как-то косо посматривали на Игоря. А тут баба Дуся еще и подтвердила бредни Марьи Ивановны сдачей злополучных бутылок.

– А чего добру пропадать, – авторитетно заявила баба Дуся. – Вы бы без меня, с Иришкой по миру пошли. Тратите больше, чем получаете. Копейка, она, как известно рубль бережет. А насчет Машки ты сумлевайся, я с ней сама разберусь. Будет знать, зараза, как честных людей грязью поливать. Мне с ней давно охота по душам поговорить.

«Мне только этого не хватало», – подумал Игорь. «Разборки в Бронксе». Перед глазами Костикова пронеслась картина, две старушки в ковбойских шляпах, с кольтами в руках стоят друг против друга. Баба Дуся размахивается, кидает лассо… раз… и подтягивает к себе Марью Ивановну. Игорь помотал головой, ерунда какая-то.

– Баба Дуся, я вас убедительнейшим образом прошу, ничего не выяснять, с Марьей Ивановной не разбираться. А теперь попрошу освободить кабинет и дать, мне наконец, возможность заняться делами.

– Я-то уйду, ты вот только заметочку почитай.

Баба Дуся сунула прямо под нос Игорю газету с маленькой статьей, обведенной красным карандашом. Костиков посмотрел на название. Ну, конечно, баба Дуся, просто помешана на криминале и литературу читала такую же. Во всем ей чудилось преступление, которое необходимо раскрыть. На этот раз была дрянная газетенка из серии «Вестник города», «Жизнь Тарасова», «Местные вести». Настырная Бабуся дождалась-таки, пока Игорь не начал читать заметку и только тогда удалилась из кабинета.

Информация была абсолютно ерундовой, Костикову было совершенно непонятно почему Бабуся так ей заинтересовалась.