– По подъезду видно, – заметил майор.

– А бизнесмен-то того… струхнул, – негромко рассмеялся Леонидов. – Сосед. Сейчас валерьянкой отпаивают. Там, на седьмом, спокойна только любовница Серебрякова. Дочка Завьяловых рыдает, сосед справа стонет. Как бы у мужика импотенция не организовалась.

– Алексей!

– На бизнес, само собой. Ни на какие переговоры больше не встанет, когда увидишь, как отстреливают тебе подобных. Пропал мужик.

– Правильно, пусть картошку выращивает на своей даче… – злорадно сказал майор Матвеев и вздохнул: – Слушай, чего мы такие злые, Алексей?

– Жизнь такая, Павел Александрович! Вы машину его видели?

– Серебрякова?

– Соседа.

– Ну! «Мерседес», что у дома стоит, его? – И, уловив кивок: – Черт бы их всех побрал! Крутых! Не потому, что на «меринах» ездят, а потому, что хлопот доставляют! Почему поджидали у любовницы, а не дома, Как думаешь?

– У дома он, может, осторожничал, а здесь – более или менее расслаблен. Надо сказать, что А. С. Серебряков был человеком пунктуальным. Девочку посещал строго в десять часов вечера два раза в неделю.

– Откуда такие сведения?

– Любовница поделилась.

– Как она?

– Я же сказал, спокойна. Как сытый удав. Легкое сожаление, недоумение. Как? Здесь? Убили? И при чем здесь я?

– Квартира ее?

– Снимает. Платил, конечно, Серебряков. Обидно, да?

– Потрясти ее, может, она наводку дала?

– Может. Потрясу. Прямо сейчас.

– Леша, Леша… – покачал головой начальник.

– А что? Я ж по работе…

– Красивая? – подмигнул майор.