Она вздрогнула, почувствовав, как сердце рухнуло вниз и разлетелось на мелкие осколки. И в тот же миг кто-то схватил ее. Кто-то большой и тяжелый навалился на нее всем телом и стиснул так сильно, что нечем стало дышать. Казалось, что у нападавшего четыре руки, потому что Маргарита не могла шевельнуться, даже голову повернуть, он ухитрялся держать ее всю — с руками, ногами и головой, — и вырваться не было никакой возможности.

Страх острым лезвием полоснул Маргариту, и она рванулась изо всех сил, но тщетно! Почувствовала жаркое дыхание у себя на шее, а потом ее поцеловали в ухо и басом сказали:

— Душечка моя! Где же ты была все это время? И тут у Маргариты наконец прорезался голос.

Пока она боролась за жизнь, звуки из ее горла не пробивались вообще. Но вдруг проход открылся, и она рявкнула:

— Вы что, дурак?! Я же совсем не Алиса. Стальные тиски немедленно разжались, кто-то шумно задышал, а потом испуганно ответил:

— Миль пардон.

Послышалась возня, обладатель баса бросился вон, выпрыгнул из двери и с грохотом захлопнул ее за собой. Снова стало абсолютно темно. Маргарита на ощупь добралась до выхода и одним прыжком выбросилась наружу.

Посреди лестничной площадки стояла цветущая женщина лет пятидесяти с высокой причёской, напоминавшей половинку белого батона, торчавшего горбушкой вверх. От нее так яростно пахло духами, словно она шла на улицу приманивать пчёл. В руках она держала связку ключей и маленькую, туго набитую сумочку. Женщина удивленно смотрела на Маргариту, сложив губы сердечком.

— На меня напали! — выдохнула та, зажимая руками скачущее сердце. — Только что! Какой-то мужчина налетел на меня сзади и напугал до смерти!

— Он вас ограбил? — ахнула женщина. — Украл деньги?

— Нет, он… Он лез ко мне целоваться! У меня от него мурашки, мурашки по всей коже!

Маргарита передёрнула плечами, потому что мурашки действительно бегали и было неприятно. Женщина покачала головой и, громко вздохнув, сказала: