
И Винсент Слейтер в очередной раз задумался о том, не скрывается ли за терпимостью, которую Питер Кэррингтон проявлял к своей мачехе, нечто большее, чем кажется на первый взгляд.
3
Звонок Винсента Слейтера застал меня в библиотеке. Было позднее утро среды, и я почти уже смирилась с мыслью, что проводить нашу благотворительную вечеринку придется в отеле «Гленпойнт» в Тинеке, небольшом городке неподалеку от Энглвуда. Мне случалось несколько раз бывать там на различных мероприятиях, и я не могла сказать о них ничего плохого, но отказ Питера Кэррингтона все равно задел меня за живое. Нечего и говорить, что звонку Слейтера я страшно обрадовалась и решила поделиться своей радостью с Мэгги, бабушкой по материнской линии. Она вырастила меня и до сих пор живет в скромном домике в Энглвуде, где прошло мое детство.
Все нормальные люди живут в Нью-Джерси, а на работу ездят в Нью-Йорк. У меня же все наоборот. Я живу на 79-й Западной улице на Манхэттене, в небольшой квартирке на втором этаже бывшего таунхауса, который после ремонта переделали в многоквартирный дом. Квартира совсем крохотная, зато с настоящим камином, высокими потолками, отдельной кухней и спальней, в которой помещается кровать и туалетный столик. Обстановку для нее я собирала по гаражным распродажам в фешенебельных районах Энглвуда, и она мне нравится. Свою работу в Энглвудской библиотеке я тоже очень люблю, к тому же она позволяет мне часто видеться с бабушкой, Маргарет О'Нил. Мы с папой всегда звали ее Мэгги.
