бы), бегом рванул к ИЛ-76, порожняком летевшему в Союз, успел вскочить на уже
поднимавшийся трап. Бортмеханик заорал, как резаный :
- Куда прѐшь, в лоб твою мать!
Он , видимо, собирался продолжить, но взглянул на лицо Аркадия и осѐкся:
- Откуда?
- Из Гардеза.
Молча кивнул и ушѐл в кабину к лѐтчикам. Минут через пять вернулся, принѐс
полкружки спирта, фляжку воды, кусок хлеба с солью:
- Извини, десантура, чем богаты...
Аркадий поблагодарил, выпил и, не успев закусить, провалился в забытьѐ.
В Ташкент он прибыл уже под вечер. Получил в обменном пункте деньги , поймал
такси и через 40 минут был уже в Азадбаше, под Чирчиком, где служил еще года за два до
начала афганской войны и где ещѐ оставались друзья, с ночлегом и водкой. А в Фергану он
ещѐ успеет, да и всѐ равно сегодня уже поездов нет.
Чьѐ это окошко там светится, да музыка ревѐт? Игорѐк Чернин ? Отлично! Значит, к
Игорю.
О, да здесь гуляют!
- Привет, шурави аскеры! Подпускаете ли гяуров к вашему дастархану? Что за
праздник? Никак рамазан? Так вроде рановато ...И почему так одуряюще пахнет свининой, долбанные нечестивцы? Сгорите же в аду ни за хер! И 70 девственниц в раю так и останутся
не оттраханными!
- Бля буду, это же док!
Все сразу загалдели, кинулись жать руки, обниматься.
- Ты что, с неба свалился? Так не гудело ж над головой ни хрена! Садись, доходяга
небритая, выпей штрафную, остальное потом.
Игорь подвинул ему полный стакан и чистую тарелку.
- Да, мужики, как сказал бы Ильич, страшно далеки вы от Афгана! Там штрафную не