Появились огни города. Через несколько секунд Якуб остановил джип и сказал:

– Пересядьте назад, я накрою вас мешками. При въезде в город есть пост.

– Подъезжаем к Балху?

– Да.

Юбер скользнул на пол и лег, свернувшись калачиком. Афганец принялся накрывать его старыми, ужасно вонючими мешками.

– Вы думаете, этого будет достаточно?

Якуб засмеялся:

– Я знаю, как отбить у них любопытство, – ответил он. – Доверьтесь мне.

Юбер был вынужден довериться.

Он позволил себя завалить, дышал, прикрываясь рукой, чтобы хоть как-то бороться с отвратительным запахом. Машина снова поехала.

Прошло несколько минут. Юбер думал, что не сможет долго выносить непрерывные удары об металлический пол, когда заскрипели тормоза. Якуб заговорил. Ему ответили другие голоса. Они говорили на местном языке, и Юбер ничего не понял. После нескольких взрывов смеха джип отъехал.

Юбер приподнял шкуры, чтобы схватить глоток свежего воздуха.

– Можете вернуться, – сказал Якуб, не оборачиваясь.

Юбер не заставил повторять дважды. Он занял место рядом с водителем и глубоко вздохнул.

– Что вы перевозили в этих мешках?

Якуб бросил на него удивленный взгляд:

– Баранину, а что?

– Просто так.

Они были в городе. В городе, который казался вымершим. Узкие пыльные улочки, грязные ветхие дома. Машина пересекла площадь, свернула на более широкую, чем остальные, улицу, сбавила ход, проехала в открытые ворота, висевшие на разъехавшихся петлях, остановилась в густой тени четырех тутовых деревьев, ветки которых опускались на глинобитную стену, совершенно обветшавшую.