Вдруг он весь напрягся и вскочил на ноги. Он окинул свою большую комнату беглым взглядом - как будто все было на месте. Он подошел к большому шкафу и посмотрел на его три ящика. Положение нижнего ящика, до которого он не дотрагивался, вселило в него тревогу. К створке нижнего ящика у него был прикреплен волосок, по положению которого он мог судить, не рылся ли кто-нибудь в шкафу. Волосок был разорван... Он вошел в ванную, нажал на скрытую пружину панели и заглянул внутрь: в нише лежали его профессиональные аксессуары: фотокамера "Экзакта" с набором принадлежностей, два микрофона, маленький магнитофон, набор отмычек, несколько пистолетов и другие вещи, которыми он пользовался в разное время. Там, также, лежали предметы маскировки, так как иногда Гирланду требовалось изменить внешность.

Маленькая лампочка, вмонтированная в потолке, горела темно-зеленым светом, а это показывало, что дамочка не проникла в его тайник.

Он защелкнул панель и вернулся в гостиную. Несколько минут он стоял, размышляя. Он подумал, что был несправедлив к Росленду. Кем бы ни была эта девка и стоящие за ней люди, они уже знали о нем до того, как он встретился с Рослендом... Девчонка хорошо разыграла свою роль, а он так влип. Он поднял трубку телефона и набрал номер Росленда. По гудку он понял, что ответа не последует. Трубка легла на место. Задумавшись, он почесал шею.

Росленд сказал, что возвращается домой и будет ждать Гирланда... Почему же никто не отвечает?

Гирланд вошел в ванную и заменил свой пистолет на 45-й калибр. Быстро спустившись вниз, он залез в свой "фиат". Двадцать минут было достаточно, чтобы доехать до квартала, где жил Росленд...

Он оставил машину за углом и направился к дому. Добравшись до шестого этажа, он позвонил в дверь квартиры. Ответа не последовало, и он куском толстой проволоки, которой наловчился открывать любой замок, открыл и этот.

Вынув пистолет, он медленно стал двигаться по маленькому коридору, приближаясь к комнате. На кушетке лежал Росленд. При виде ужасной и мучительной смерти, которую принял Росленд, лицо Гирланда посерело и застыло.