– Ну, Гарри, ты теперь ничего не можешь, я последний из твоих подручных, ты это хорошо знаешь, что никто не хочет больше делать за тебя грязную работу. Джесом ушел. Грей, Фоше, Пьер – все покинули тебя, они вовремя почувствовали сигнал бедствия, а теперь это вижу и я. Я последний из твоего поганого стада, на кого ты еще можешь рассчитывать… Так что не угрожай и не ерепенься.

Росленд тяжело дышал. Он обтер свой потный лоб носовым платком и зло уставился в запыленное ветровое стекло автомобиля.

– И сколько же я за это получу? – наконец выдавил Гирланд. – Пока не будет задатка, я даже не буду о нем говорить.

Росленд немного поколебался, затем полез в карман и протянул Гирланду две банкноты по сто франков.

– А когда остальные? – спросил Гирланд.

– Пока все. Ты ведь знаешь, как Дори любит платить. – Гирланд засунул деньги в бумажник.

– Нужно еще подумать стоит ли работать за такие деньги, – сказал он с отвращением.

– Действуй, – сказал Росленд. – Сейчас мне надо вернуться, и я буду ждать. Не посади себе хвост снова.

– Забавно слышать это от тебя, – сказал Гирланд…

Герман Радниц сидел в нише бара отеля «Георг V». Это был плотный, полный мужчина, с толстым крючковатым носом и кустистыми бровями. На нем был безукоризненного покроя костюм, в петлицу которого была продета алая гвоздика. Обувь у него была от «Лотта». Время от времени он затягивался дорогой сигарой, которую держал в своих толстых, как обрубки, пальцах.

Он уже полчаса провел в баре и безжалостное лицо его было сковано тяжелой думой. Радниц был одной из самых важных фигур в отеле. Он считался одним из самых богатых людей в мире.

Своими финансовыми махинациями он, как щупальцами, окутал весь мир.

В это время в бар быстро вошел молодой человек с бородкой. На нем был поношенный плащ. Он помедлил, затем, получив от Радница знак, приблизился и сел рядом с последним на свободный стул.