И ты, и ты, урод, какой был, такой и остался. Когда ты проходишь в дверь метро или кинотеатра, ты ее никогда не придержишь для следом идущего, а шарахнешь ее за собой, так чтобы человеку позади тебя отбило этой дверью всю харю и расплющило ребра. Заходя в электричку или в троллейбус ты будешь давить в кашу людей впереди себя, чтобы протиснуться на лучшее место, а потом яростно препятствовать тем, кто пытается протиснуться в салон, как протискивался в него ты пять минут назад. Если у тебя есть машина, ты никогда не притормозишь, чтобы не обрызгать пешехода на тротуаре, а напротив, с гадким удовольствием обрызгаешь его с головы до ног. Потому что ты - урод, ты - вонючее пенистое дерьмо, ты - советское гноеблядское пиздоуебище. Каков ты, таково и твое правительство, таков и твой мир бизнеса. Они таковы, потому что это ты, урод, сидишь, в этом правительстве, это ты делаешь грязный и бесчеловечный грабительский бизнес, это ты обобран и обездолен своим же хамским, бессердечным и бесчеловечным отношением к своим согражданам. Имя тебе - гражданин страны, название которой я не хочу лишний раз повторять.

Подруга моей бывшей жены Леля как-то поехала по научным делам на месяц в Париж. Возвратившись на родину, она едва не погибла в окрестностях аэропорта. Оказалось, что за месяц парижские водители отучили ее шарахаться от приближающихся автомобилей: они всегда останавливались и пропускали пешехода. В США к пешеходам тоже относятся трепетно. Потерявшая инстинкт самосохранения Леля сунулась переходить дорогу, и ее чуть не раздавил в лепешку урод-соотечественник, не уступивший дорогу ни одному пешеходу в жизни.

Самому мне тоже довелось возвращаться из Парижа, где я проходил стажировку. Еще в аэропорту имени де Голля меня с размаху двинул чемоданом по коленке мой соотечественник, расчищая себе дорогу к самолету. Я не хляснул его по морде только потому что не хотел международного скандала. В самолете мой шеф, огромных габаритов француз по имени Дидье, открыл багажную полку наверху и обнаружил, что она занята единственным большим баулом, поставленным через всю полку по диагонали нашими соседями-соотечественниками.