Витенес вскоре отстроил город, и видя, что усилия крестоносцев обращаются беспрерывно на этот важный пограничный пункт, сделавшийся складом военных запасов Литвы, устроил в нем новые сильные укрепления, увеличил гарнизон и начальство над городом и областью поручил благоразумному и храброму старосте Давиду, сыну знаменитого Довмонта Псковскаго. Невозможно при этом случае не привести на память великодушного поступка Давида в отношении к Пскову, его родимому городу. Он свидетельствует не только о прекрасных качествах души Давидовой, но вместе с тем служит явственным подтверждением сказаний о тех дружелюбных отношениях, в каких находились русские к литовцам.

В 1324 году меченосцы, не уважавшее никаких прав и договоров, коль скоро дело касалось удовлетворения их корыстолюбия, не обращая внимания на существовавшей между ними и Псковитянами мир, перебили псковских охотников, рыбаков и купцов, занимавшихся своим промыслом на берегах озера Пейпус и реки Наровы. Псковитяне жаловались на нарушение мира и требовали удовлетворения, но рыцари смеялись над их требованием и угрожали новыми насилиями. Тогда Псковитяне вспомнили о сыне незабвенного своего защитника и обратились с просьбою о помощи к Давиду. Гродненский староста немедленно собрал охотников и устремился с ними к месту своего рождения. Псковитяне собрались толпами под его знамена. Давид вошел с ними в Эстонию, ограбил Дерптское епископство, собрал богатую добычу, взял 1,000 пленных, передал все забранное Псковитянам и возвратился в Гродно, не приняв никакого вознаграждения за свой великодушный поступок. Приведенные в ярость, рыцари решились отомстить за то не иначе, как разорением Пскова. На следующий год, магистр Иоцке приступил к городу с сильным войском, и громя пушками стены его 18 дней, сделал во многих местах проломы и готов был вороваться в самый город.