— Не знаю, — тотчас откликнулся другой возбужденный голос, — но, похоже, сзади то же самое!

Болан поднес к губам рацию и холодно объяснил им, что происходит.

— Вы окружены, ребята. Вылезайте из машин и катитесь отсюда побыстрее и подальше. А кто вздумает погонять свою колымагу, отправится прямиком в свой последний рейс.

Разумеется, Болан рисковал и он это прекрасно понимал. Он знал, что полиция постоянно прослушивает этот канал связи. Хотя в гористой местности дальность и устойчивость приема сильно снижаются, тем не менее, какой-нибудь смышленый полицейский вполне мог заподозрить неладное. Хуже того, водители могли передать в эфир десятъ-тридцать четыре призыв о помощи и указать его местоположение. Но это был неизбежный риск — Мак Болан никогда не воевал с ни в чем не повинными людьми.

Немедленной реакцией на слова Болана стало ошеломленное восклицание:

— Бог ты мой!

Другой, более спокойный голос заметил:

— Кажется, ребята, у нас возникла проблема.

Болан ответил всем сразу:

— Вам это не кажется. Вы везете контрабанду. Даю вам тридцать секунд, чтобы собрать вещички и покинуть зону огня.

— Причешитесь, мальчики, и поправьте галстуки, — протянул третий водитель. На их языке это означало, что неподалеку засели полицейские с радаром. Что ж, вполне естественная реакция.

— А что, если мы просто сбросим груз и уберемся налегке подобру-поздорову? — продолжал водитель. — Это наши тягачи, шериф, и если вы их конфискуете, мы останемся на бобах.

— Я не из полиции, — отрезал Болан. — И я не собираюсь ничего конфисковывать — все будет сожжено. Сколько вам надо, чтобы сбросить прицепы?

— Это недолго, — немедленно последовал ответ.

— Валяйте. Ваша контора на этом канале?

— Попробуй четырнадцатый, — посоветовал водитель. — И удачи тебе, приятель, кто бы ты ни был.

Болан грустно улыбнулся и переключился на четырнадцатый канал.

— Как дела на базе Блюберд?