У Палача оставались считанные секунды, и он использовал их для того, чтобы нанести мафии максимальный урон. Вот-вот на сцене должны были появиться слуги закона, а в таких случаях Болан всегда уходил, тихо и быстро. Он не хотел сталкиваться с полицейскими, которые были все-таки «своими» солдатами. Правда, большинство из них не знали, что Мак Болан сражался на их стороне, или просто не хотели это признавать. Мало того, в официальных полицейских приказах по всей Америке о Болане говорилось коротко: «стрелять немедленно» или «стрелять на поражение». Но Болан не имел ничего против. Он никогда не просил лицензии на ведение войны и не рассчитывал таковую получить. Если ему суждено было попасть в руки закона — что ж, он готов был покориться. Но до сих пор он избегал этого всеми доступными средствами — за исключением перестрелки.

Через сумасшедший гул огня Болан уже слышал далекие звуки полицейских машин. Прицепы догорали с яростным шипением; пламя быстро распространялось, охватывая все новые склады. Остановить этот адский пожар теперь практически было невозможно — оставалось лишь ждать, пока не погаснет последний уголек.

Пора было выходить из игры, уступая место полиции и пожарникам. Но что-то влекло Болана в это пекло, какой-то слепой инстинкт, которому не было дела до здравого смысла.

Объяснение своему внезапному порыву Болан обнаружил за тяжелой дверью небольшого металлического ангара, затерявшегося среди пылающих складов. Хлесткой автоматной очередью он сорвал замок и ворвался внутрь.

Еще до того, как тонкий луч фонаря осветил страшную сцену, Болан уже знал, что ему предстоит увидеть. Там был человек — точнее то, что осталось от него после мучительных истязаний, — абсолютно голый и связанный по рукам и ногам, словно жареная индюшка.

Болан стиснул зубы и подошел поближе, отчаянно надеясь, что бедняга уже мертв. Так оно и было. Палач вздохнул с облегчением и почувствовал, как ненависть к мафии с новой силой вспыхнула в его груди. На стуле в углу комнаты он нашел брюки, а рядом с ними — бумажник, перочинный нож и несколько мелких монет. Когда он выходил, перезаряжая на ходу М-79, его мысли были уже поглощены новой задачей. Он уверенно шагал среди горящих построек, пока чутье не привело его к небольшому гаражу.