- Как будет угодно моему тану, - спокойно отозвался Агероко.

Он развернулся и, словно не замечая сброшенного юнгой штормтрапа, прыгнул вниз.

Где-то на дне, мысленно усмехнулся тан Раскона, в темных глубинах души его друга все еще продолжал сидеть тот щуплый деревенский мальчуган, которого - что бы Агероко ни рассказывал, протрезвев, сколько бы ни отпирался - под алые своды привели отнюдь не святые чтения подслеповатого Хранителя Костра его родного селения. Куда большую роль в выборе Агероко сыграла весенняя ярмарка, а еще точнее, пыль, в которую странствующий монах без всякой магии - и видимых глазу восторженной детворы усилий - раз за разом укладывал деревенских силачей.

- Тан капитан! Раскона обернулся.

- Эти крысиные отродья, - сержант качнул штурмовой алебардой в сторону трех низеньких угрюмо щурившихся крепышей, - пытались спрятаться внизу, среди припасов.

Диего удивленно приподнял бровь. Матрос рядом с ним был куда менее сдержан в своих чувствах.

- Великий Огонь, - выдохнул он. - Да ведь это же…

- Надо же, - удивленно-радостно протянула Интеко, - какая диковинная рыба сегодня заплыла в нашу сеть! Не какие-нибудь полукровки… чистокровные пещерные коротышки!

Один из «пещерных коротышек», побагровев, качнулся вперед - и замер, смешно косясь на приставленное к его щеке лезвие.

- Агхуррак мидтим [Понимаешь по-нашенски?]? - неожиданно выкрикнул его сосед.

- А ну, придержи пасть! - резко скомандовала Интеко. - И говори по-людски!

Гном, словно не замечая женщину, смотрел прямо на капитана «Мстителя».

- Понимаю, - медленно отозвался маленький тан. - Но если хочешь, чтобы я слушал… говори по-людски!