— Организованных пустотников? — скривился Правуил. — Пустотники не способны к организации. Они возникают из Пустоты, бестолково дерутся — даже друг с другом, если не могут проникнуть в Дом — и возвращаются в Пустоту, когда мы их убиваем. Так всегда было и всегда будет.

— Прошу прощения, майор, но это не так прямо сейчас, — произнес голос от двери. Житель в песочного цвета форме пограничника, с длинным луком за спиной, стоял там навытяжку. На его лице и руках виднелись шрамы от старых пустотных ран, как и у всех Жителей, которым доводилось патрулировать участки, где Дом соприкасается с Пустотой — не только в Лабиринте, но и в других частях.

— Разрешите доложить, полковник?

— Докладывайте, Корби, — кивнул Нэйдж. Он достал из-под кирасы часы и одной рукой открыл их. — У нас еще есть сорок минут.

Продолжая стоять смирно, Корби обратился к точке немного выше головы Нэйджа, словно там его кто-то слушал.

— На семнадцатом отсчете я покинул служебный выход Ясных Врат с четырьмя сержантами и шестью рядовыми пограничниками. Эксперты доложили о чрезвычайно низком уровне свободной Пустоты в районе, а Безграничное Ничто оставалось в восемнадцати километрах, согласно показаниям пустометров. Мы не могли видеть Ничто, да и вообще мало что видели, поскольку все пространство за Ясными Вратами закрывала крайне необычная дымка.

Пройдя сквозь эту дымку, мы обнаружили, что она не превышает тридцати метров шириной и создана неизвестными методами — вероятно, чарами. Источник — бронзовые колонны, похожие на печные трубы, установленные через равные интервалы на пространстве в километр прямо напротив Врат.

Проникнув за завесу, мы обнаружили, что из Пустоты сформировалась обширная травянистая равнина, по которой недалеко от нас протекает река.