— Но Семь Циферблатов уничтожены, — напомнил Артур. — Вместе с Дневной комнатой.

Он прервался и хлопнул себя по лбу.

— И все записи, что хранились в Нижнем Доме. Они же теперь тоже исчезли! Это не значит, что те, чьи это были записи, тоже должны исчезнуть? Моя запись была там!

Скамандрос покачал головой.

— Семь Циферблатов переместились в безопасное место по своему усмотрению. Надеюсь, в какую-то часть Дома под нашим контролем. Что до записей, то только мертвые документы хранятся в Нижнем Доме. Предположительно, их уничтожение создаст пробелы в прошлом, но это не великая беда. Понедельник получил вашу запись во временное пользование, вероятно при помощи Волеизъявления, но по правилам она должна находиться в Верхнем Доме, как активная.

— Чихалка отдал ее мне после победы над Понедельником, но я оставил ее там, — вспомнил Артур. — Значит, сейчас она у Первоначальствующей Госпожи.

— Или вернулась в Верхний Дом. Подобные документы не могут долго находиться не на своем месте.

— Но это значит, что Суббота может изменить мою запись, и тогда изменюсь я! — воскликнул Артур. — Она может вообще уничтожить ее… меня… нас обоих!

Скамандрос снова покачал головой. Появившийся на его левой щеке портрет крючконосого судьи в красной шляпе повторил этот жест.

— Нет, даже если Суббота узнает, где находится запись, то не сможет ничего с ней сделать. Уже не сможет, с того момента, как вы получили хотя бы один Ключ.

— У меня сейчас голова распухнет, — Артур помассировал виски и вздохнул. — Слишком много всего… Эй, вы что делаете?

Скамандрос замер. Он как раз доставал большую механическую дрель из внутреннего кармана пальто и блестящее двадцатисантиметровое сверло — из внешнего.