— Все готово, — сообщил Тонкоус. — Вам остается только войти в бутылку, как только… ааа… вы будете готовы. Могу я предложить вам освежающей настойки, лорд Артур, пока ваш чародей готовит заклинание?

— Спасибо, не надо. Доктор Скамандрос, сколько у вас еще уйдет времени?

Доктор снова раскладывал разнообразные принадлежности на скамейке. Он покосился на Артура, пару раз моргнул на навуходоносор и откашлялся.

— Примерно полчаса, лорд Артур. Если я мог бы попросить кого-нибудь принести мне большой кусок сыра с корочкой, я был бы признателен. Мне казалось, что где-то у меня было пол-головки сыра "Старый Жуй", вот только найти не могу.

— Скажу коку, чтобы он принес, — кивнул Тонкоус. — Располагайтесь поудобнее. Я пойду на палубу на пару минут, но вернусь обратно, чтобы открыть навуходоносор. Для этого используется специальная техника, поэтому прошу вас не пытаться открыть его самостоятельно. Также просил бы не касаться стекла. Его поверхность иногда бывает чрезвычайно холодной, а иногда — очень, очень горячей. Ни холод, ни тепло не чувствуются на расстоянии, а потому ощущение может стать большим неприятным сюрпризом.

— Не чувствуются на расстоянии? — пробормотал Скамандрос. — Как интересно…

Он отложил гипсовую отливку крысиного следа, которую держал в руках, и шагнул к навуходоносору, затем всплеснул руками и вернулся обратно. На его лбу крутанулось изображение штурвала, показывая, что он вспомнил, чем сейчас занят.

— Значит, мы пролезаем через эту вот бутыль, — задумчиво проговорила Сьюзи. — И ищем Шестую часть Волеизъявления, так?

— Так, — сказал Артур.

— А как мы это будем делать? — спросила Сьюзи. — Типа она сама появится, как и первая, и прыгнет мне в глотку?

— Хотелось бы, — сказал Артур. — Но она как-то скована. Надеюсь смогу почувствовать, где она — я вроде как начал ощущать части Волеизъявления. Или оно сможет мысленно со мной поговорить, как и другие части делали, когда я был близко.