– Ах,вот как, негодяй!-разъяренно вскричал Алькальд. – Ты мне плел, будто покойный нечестивец оставил тебе только пустую шкатулку, а теперь я слышу, что твоя жена красуется в отрепьях, разубранных жемчугом и бриллиантами. Подлая тварь! А ну-ка выкладывай все, что награбил у своей несчастной жертвы, и ступай на виселицу, она уже давно по тебе плачет.

Водонос в ужасе пал на колени и без утайки рассказал, каким чудесным путем досталось ему богатство. Алькальд, альгвасил и проныра цирюльник жадным ухом внимали этой повести о зачарованных сокровищах. Альгвасила отправили за мавром. Попавший в когти блюстителей закона, мусульманин был насмерть перепуган. По виноватому виду и потупленным глазам водоноса он догадался обо всем.

– Скотина ты несчастная, – бросил он ему мимоходом. – Говорил же я тебе: не болтай с женой".

Мавр рассказал точно то же, что и его сообщник, но Алькальд разыгрывал недоверие и угрожал тюрьмою и пытками.

– Спокойно, добрый сеньор Алькальд, – сказал магометанин, к которому варнулись рассудительность и самообладание. – Какой нам толк затевать свару и портить все дело? Кроме нас, никто об этом ничего не знает, вот и хорошо. Сокровищ в подвале хватит на всех с лихвою. Обещайте честный дележ – и все наше, а нет – пусть все там и останется.

Алькальд в сторонке посовещался с альгвасилом: тот на таких делах собаку съел.

– Обещайте им что угодно, – сказал он,-лишь бы до сокровища добраться. А там заберете себе все, и ежели эти двое только пикнут, припугнете их костром, как чародеев и нечестивцев.

Алькальду совет понравился. Он расправил чело и обратился к мавру.

– Повесть ваша необычайна, – сказал он,-но, может быть, и правдива: не могу сказать, пока пе удостоверюсь воочию. Нынче же ночью вы повторите заклинания при мне. Если сокровища и вправду существуют, мы разделим их полюбовно, и дело с концом; если же вы меня обманули, то пощады не ждите. А пока останетесь под стражей.