– Каролина! – Лаевский обернулся спустя секунду, после того, как девушка опустила ружье. – Идите сюда…

Она приблизилась, глядя на снег, куда он указывал. Там отпечатались четкие глубокие следы.

– Это он прошел! – сообщил Лаевский. – Медведь! Но думаю, нам его встретить скорее всего не светит! И оно, пожалуй, к лучшему (он подмигнул), а вы слышали про снежных людей?! Говорят, их видели в Карелии не раз, а значит, они и сюда могут прийти… Уверяю вас, мне попадались следы, не похожие ни на какие другие!

В конце фразы Валентин Федорович снизил голос до трагического шепота и огляделся по сторонам с таким видом, словно мифический йети в любой момент мог выскочить к ним из-за деревьев. Маркиза подняла брови, и легкая усмешка пробежала по ее губам – всем видом девушка выражала презрение к столь наивной попытке завоевать ее внимание дешевой страшилкой.

Отойдя от охотника, она нарочно отстала от группы, даже немного отклонившись от заданного маршрута. Хотелось побыть одной. Потеряться не боялась, да и компас был с собой.

Через час блужданий по заснеженному лесу Анжелике повезло. Впереди появился косолапый. Он показался ей огромным, но не очень страшным. Медведь посмотрел на нее и медленно двинулся прочь. Автоматически сдернув с плеча винтовку, она поймала его голову в прицел и нажала на курок. Выстрел громким эхом разнесся по лесу. Зверь вздрогнул и рухнул в снег.

Я подошла ближе. По его телу пробежала последняя судорога, глаз залит кровью. Он был мертв.

– Хороший выстрел! – раздался голос Лаевского за моей спиной.

Я не слышала, как он подошел, и машинально развернулась, взяв винтовку на изготовку.

– Ого! – Валентин Федорович восхищенно ухмыльнулся, и это было его единственной реакцией на направленный в его лицо ствол.