— Не моя задача. — Максим улыбнулся уголками губ. — Следователь пусть раскидывает, у него их много.

— Она что, к следователю собралась? С этим липовым свидетелем?

— Почему липовым? — изумился Максим. — Ему-то на кой черт вся эта возня?

Константин прищурился и долго смотрел на подчиненного, устало качая головой. Он всем своим видом как бы говорил: «Эх, ты, дубина стоеросовая! Ни черта ты не понимаешь!»

— Ну, хорошо. — Костя откинулся на спинку кресла. — Послушай, что я об этом думаю. Не думаю, что Ленка с Кровелем обо всем договорились заранее, — очень сомнительно. Ленка в Петьке души не чаяла. Да и дети… А вот через месяц-другой, когда все более-менее улеглось, они могли и встретиться. Свидания — вещь недорогая, сам был ментом, знаешь. Кровель ей и напел. Вытащи, дескать, меня отсюда, а я тебе — половину спрятанного мной общака. Как гонорар. Возможно такое? — Максим промолчал, и Константин продолжил: — Возможно, даже очень. Другое дело — успел ли он этот общак спрятать, или менты все забрали? Но это и неважно. В любом случае он ей не даст ни гроша, вот увидишь. Главное для него — выйти на волю. На второй день его уже никто днем с фонарем не разыщет.

— И куда же он?.. — спросил Максим. — Если общак у ментов?

— У него и без общака денег хватает! А вот Ленка — дура, он ее просто поимеет.

— Свидетель, — тихо напомнил Максим. — Свидетель в твою схему никак не вписывается.

— Ну да!? — Костя даже развеселился. — Еще как вписывается! За десять процентов предполагаемой суммы половина наших дорогих сограждан против мамы родной будет свидетельствовать, вот Леночка этому лоху и наобещала! Еще, небось, и ублажила втихаря.

— Может, ты и прав, — кивнул Максим. — Очень похоже, что прав… Только не наше это дело — мозгами шевелить, напрягаться. Пусть следователь все это и ковыряет. Завтра съезжу к нему — и гора с плеч.