В его глазах снова мелькнул интерес.

— Тот, которого подстрелили пару дней тому назад? Я кивнул.

— Что-то было в газетах. Считается, что в него стрельнул кто-то из дружков. — Вдруг Арт замолчал и серьезно на меня посмотрел. — Райен... по-моему, лет десять тому назад ты говорил, что хочешь убить парня с таким именем. Это ты его?..

— К сожалению, старина, мне это так и не удалось. Кто-то другой постарался.

— Страшно интересный разговор, Райен, рассказывай дальше.

— Хорошо, прочти вот это. Биллингза пристукнули не по ерунде. Тут такое крупное дело, что не сойдет с первых страниц минимум неделю.

— Какого рода? Я покачал головой:

— Я сам еще не знаю.

— А ты-то здесь при чем?

— Биллингз знал что-то такое, из-за чего и меня могли убить. Это было последнее, что он сделал в своей жизни, но сделал он это неплохо. После того случая паршивцу приходилось всю жизнь ужом вертеться, чтобы избежать расплаты, но он таки вывернулся. — Тут я помолчал и улыбнулся во весь рот. — По крайней мере, он так считал.

Арт опустил подбородок на руки:

— А чем я могу помочь?

— Как аккредитованный журналист, ты можешь добыть кое-какую официальную информацию. Постарайся разузнать обстоятельства его смерти. Сможешь?

— Это будет нетрудно. На это дело наверняка есть досье. — Он немного помолчал, потом добавил:

— Ты мне предлагаешь мелкого червячка на большой крючок.

— Благодарю, — я поднялся. — Слышал когда-нибудь о некоем Лодо?

Он подумал и произнес с расстановкой:

— Нет. А это важно?

— Кто знает. Но ты подумай об этом.

— Хорошо, как мне с тобой связаться?

— Помнишь старый трехэтажный особняк Папы Мэнни?

— На Второй улице?

— Он теперь мой. Я живу на первом этаже.

Цифры, полученные от тощего, не были собственно телефонным номером. Это был зашифрованный пароль. Он давал доступ в подпольный тотализатор, принимавший ставки прямо на Бродвее. Не только легавые, но даже профессиональные жулики могли этого не знать.