ЮРИДИЧЕСКИЙ ТРЕНЕР: С другой стороны, Генерал, расстреливая их до поимки, мы тоже многим рискуем. Попробуйте расстрелять их до, и ей-ей, это так же верно, как то, что мы с вами сидим здесь, вы получите себе на шею всю ораву недоумков, которые ни о чем другом, кроме гражданских прав, думать не способны, а уж это такая заноза в заднице, что я вам и описать не могу, они свяжут мой персонал по рукам и ногам на несколько дней кряду.

ВОЕННЫЙ ТРЕНЕР: Я понимаю, что с ними хлопот не оберешься. Но если расстреливать бойскаутов после, мы завязнем в этой истории в точности так же, как завязли в Юго-восточной Азии. Отложите дело на потом и вы пожертвуете тем, что является основой любого успешного нападения: элементом неожиданности. Здравый смысл говорит нам, что даже враг, настолько дурной, чтобы стоять на месте и ждать, когда его укокошат, проведя слишком долгое время в ожидании своих убийц, прибегает к разного рода трусливым, а порой и злонамеренным средствам спасения собственной жизни — к примеру, начинает сопротивляться. Конечно, мне коварство такого рода отвратительно как и всем остальным; тем не менее, надо смотреть правде в лицо: у этих людей нет ни малейшего представления о честной игре, многие из них и не подумают стоять на месте, дожидаясь, когда их не что убьют, но даже посадят.

И ведь существует еще нравственная сторона вопроса. У меня есть совесть, джентльмены, с которой я хочу жить в мире, у меня есть традиции, которые я обязан блюсти, я несу ответственность за вещи куда более важные, чем доллары и центы. И я говорю вам, я не стану цацкаться с врагом, подвергая риску жизни американцев, — если, конечно, не получу такого приказа. Я вам прямо скажу, господин Президент, поступи я так, я был бы недостоин звания Генерала армии Соединенных Штатов. Если бы прямо в день вашего вступления на пост главы государства, мы, господин Президент, получили от вас разрешение выстроить рядком и расстрелять всех вьетнамцев, каких нам удалось бы поймать, мы спасли бы тем самым пятнадцать тысяч жизней американцев. Вместо этого, следуя курсу действий, определенному вами как нашим Главнокомандующим, то есть взрывая и расстреливая их по частям, где сколько застукаем — двадцать человек там, тридцать здесь и тому подобное, — мы несем тяжелые потери как живой силы, так и боеприпасов.