ГРАЖДАНИН: Да, сэр. В таком случае, да.
ТРИККИ: Что, впрочем, вовсе не означает, будто для меня она не имеет никакого значения. В дальнейшем, рассматривая дело лейтенанта Кейли, я постараюсь приложить все усилия, чтобы выяснить наличествует ли в нем хотя бы тень свидетельства относительно того, что среди двадцати двух обитателей рва в Ми Лае имелась беременная женщина. И если такая тень обнаружится, если я найду какие бы то ни было доказательства виновности лейтенанта, которые вступят в противоречие с моей личной верой в святость человеческой жизни, включая и жизнь еще нерожденных младенцев, я сочту себя непригодным для роли судьи и передам дело на рассмотрение Вице-президента.
ГРАЖДАНИН: Благодарю вас, господин Президент. Я думаю, что все мы, зная об этом, будем спокойнее спать по ночам.
2
Трикки проводит пресс-конференцию
МИСТЕР ЗАДОУЛИЗ: Сэр, основной темой дискуссии, вызванной произнесенной вами 3 апреля в Сан-Дементии речью, стало, насколько я способен судить, сделанное вами недвусмысленное заявление, касающееся вашей неколебимой веры в права еще нерожденных младенцев. Как представляется, многие высказывают уверенность в том, что вам, сэр, самой судьбой предначертано стать для нерожденных младенцев тем, кем был Мартин Лютер Кинг для черного населения Америки или покойный Роберт Ф. Харизма для обездоленных чикано и пуэрториканцев нашей страны. Кое-кто полагает, что сделанное вами в Сан-Дементии заявление войдет в учебники истории наравне со знаменитым обращением доктора Кинга «У меня есть мечта». Насколько уместными представляются вам эти сравнения?
ТРИККИ: Что ж, мистер Задоулиз, Мартин Лютер Кинг был, разумеется, великим человеком, с чем все мы, без сомнения, готовы согласиться, в особенности теперь, когда он уже умер. Он был великим лидером в борьбе за равные права своего народа, и я верю, что он займет определенное место в истории.