Джо стоял, наблюдая, как Хини вытаскивает пробку зубами и осторожно подносит кувшин ко рту. Потом Хини сделал большой глоток и моргнул. Он закашлялся и принялся растирать свое горло ладонью.

– Ага, – выпалил он, когда сумел перевести дух. – Этот Маккой в порядке.

Джо переминался с ноги на ногу, озабоченно поглядывая на кувшин. Но Хини не обращал на него внимания. Он сделал еще один долгий глоток и только тогда не спеша протянул кувшин Джо.

– Бог ты мой! – выдохнул он. – Эта штука дошла до самых моих пяток.

Джо любовно охватил кувшин и приклеился к нему ртом.

Прошла целая минута. Хини наклонился вперед.

– Эй! – крикнул он грубо. – Уймись! Эй! Отвали, слышишь?

Джо оторвался от кувшина с содроганием. Его глаза затуманились. Он возвратил кувшин.

– Довольно мило, – заявил он. – Прекрасная отрава.

Хини взглянул на Джо с восхищением.

– Ты, верно, наладился это пить? – спросил он.

Джо вытер рот тыльной стороной ладони.

– Ага, я вполне умею это пить. Но оно влияет на меня как-то тайком. Вдруг я р-раз… и отключаюсь.

Хини не слушал, он снова был занят кувшином.

Когда он закончил, Джо сказал:

– Пойду взгляну на мою пациентку, а потом мы рванем.

– Конечно, дай ей тоже выпить… Тяжело быть сумасшедшей.

Джо мотнул головой.

– Ей нельзя никакого питья. В том-то и беда у нее – слишком много было выпивки, – пояснил он, обходя «скорую помощь» и осматривая колеса. Расплатившись за горючее, он залез в кабину.

Хини спросил:

– Она в порядке?

– Ага, она спит, – ответил Джо, заводя машину.

Хини предложил ему кувшин.

– Глотни разок на дорожку, – сказал он.

Джо схватил кувшин и сделал долгий глоток. Он вернул выпивку с глубоким вздохом.

– Ну, приятель, – произнес он, надувая щеки, – это наверняка великий маленький вечер.

После пары дополнительных глотков Хини почувствовал себя таким веселым, что начал петь во весь голос.